Егор Сорин: «Самостоятельная работа заставляет спортсменов включать голову»

Лыжные гонки
  • Андрей Шитихин

Егор Сорин: «Самостоятельная работа заставляет спортсменов включать голову»


Тренер молодёжной группы сборной России Егор Сорин пообщался с проектом «На лыжи!». Он рассказал об особенностях подготовки, о российских горах, которые действуют на спортсменов не так, как европейские, отношении новичков к работе и о том, сколько его подопечных будут бороться за места на этапах Кубка мира.

– Егор, что было самым сложным в плане подготовки во время пандемии?

– Ожидание. Мы каждый месяц ждали, что будет в следующем месяце, куда мы сможем поехать, а куда нет. Лишь за две недели, а иногда и за десять дней до начала сбора мы понимали, где будем его проводить. В июле планировали приехать в Тюмень, но как раз за десять дней до запланированной даты приезда стало понятно, что комплекс не откроют. Пришлось менять маршрут на Чайковский. Там нам понравилось, но сама неопределённость и изменение тренировочных планов добавили головной боли. Созвонились с Маркусом Крамером, обговорили планы, договорились какие контрольные тренировки провести, поскольку никаких стартов, проводившихся в предыдущие сезоны, не было.

Что касается организации тренировочного процесса в домашних условиях, проблем не возникло. У каждого спортсмена была возможность тренироваться на свежем воздухе. Никто из спортсменов моей группы не живёт в больших городах, где вводились очень жёсткие ограничения. Все тренировались по плану, выполнили его в полном объёме, и в каких-то моментах самоотдача была больше, чем на централизованном майском сборе. Когда ты тренируешься один, тебе никто не подскажет, не прикрикнет, ты отвечаешь сам за себя. Все были на связи, присылали видео. Удавалось даже технические моменты править: они присылали запись, я анализировал, делал скриншоты, где отмечал, что необходимо скорректировать, и отправлял обратно. С одной спортсменкой даже онлайн-тренировку так провели – она тянула тренажёр, а я по ходу занятия подсказывал в наушник. Честно скажу, мне понравилось работать в мае в таком ключе. Скорее всего, используем такую же практику и в дальнейшем.

Самостоятельная работа заставляет спортсменов включать голову, задумываться о том, как и что они делают. В команду они приезжают, смотрят друг на друга, ждут команды тренера. В целом пандемия на нашу подготовку не повлияла. Единственный минус был в том, что не удалось покататься на лыжах. Санкт-Петербург не мог нас принять, а в России летом только там можно постоять на снегу.

– Насколько серьёзно влияет отсутствие летних лыжных тренировок? Их же не так много.

– Для спортсменов молодёжного возраста, у которых пока нет задачи выиграть медали на взрослом уровне, нет ничего критичного – это крупица, вишенка на торте. А для спортсменов топ-уровня, которые ведут борьбу за самые высокие места на Кубке мира, это серьёзное упущение. Не получилось на снегу поработать над техникой и сделать то, что они делали в июле.

– Ты доволен новичками, которые влились в группу в межсезонье?

– По уровню самоотдачи очень доволен. Видно, что они хотят стать лучше, научиться правильно работать, чувствовать свой организм. Все новички исполнительные, выполняют установку от и до. Этому их научили в юниорской команде. А над всеми остальными компонентами работаем. Если сравнивать июльскую контрольную тренировку и старты в Тюмени, прогресс очевиден. На что они способны, покажет зима. Но я стараюсь не требовать сразу результатов от тех, кто только пришёл в команду. Если получится хорошо выступить – молодцы, если будет просто шаг вперёд – тоже хорошо. Никто не будет требовать, чтобы они сразу взрослых обыгрывать.

– Сейчас ты про себя говоришь, про свой настрой на такую работу?

– Да, про себя. Если ты начинаешь на кого-то возлагать большие надежды, то можешь форсировать подготовку, а в этом возрасте они могут психологически быть не готовы, особенно ребята, к такой работе. Поэтому делаем то, что запланировано, смотрим на реакцию организма, и если эта реакция адекватная, начинаем потихонечку добавлять. Но я никогда не говорю подопечным, чтобы они выполняли то же самое, что и взрослые. Надо стараться, тянуться за сильнейшими, но в меру возможностей организма на сегодняшний день.

– В этом году горный сбор прошёл в Кабардино-Балкарии. Насколько он отличался от тех сборов, что были в предыдущие сезоны за пределами страны?

– Для меня это место не новое. Со спринтерской группой Юрия Михайловича Каминского на протяжении семи или восьми сезонов мы регулярно туда ездили, иногда даже и не по одному разу за сезон. Тогда была положительная реакция организма, но сейчас, поехав туда в качестве тренера, я понял, что эти горы гораздо сложнее, чем европейские. Обычно ездили в Италию на высоту 1700-1800 м, в Приэльбрусье было 2000-2100 м, и реакция организма спортсменов сложнее. Пришлось оперативно вносить корректировки в тренировочный план. Это неплохо. Чем сложнее горы, тем потом увереннее чувствует себя организм. Думаю, в будущем мы можем использовать Кабардино-Балкарию в качестве постоянного места для подготовки, если решим определённые нюансы.

– Связанные с инфраструктурой?

– Именно. Не так много там гостиниц и отелей с комфортными условиями проживания и питания. Но самый большой вопрос к движению на дорогах. Тренировки мы проводили на обычных автодорогах, местные жители, которые всегда куда-то торопятся, не привыкли к таким помехам. Это сильно напрягало, особенно тех спортсменов, у кого уже есть дети. Сейчас мы справились, эксцессов не случилось, а в будущем над этим нужно подумать. Либо лыжероллерную трассу строить, либо как-то движение регулировать – хотя бы знаки ограничения скорости поставить в 40 км/ч на отдельных участках. А то на всех участках, где мы проводили тренировки, разрешённая скорость была 90 км/ч. Соответственно, подавляющее большинство ехали со скоростью 100-110 км/ч, а то и выше. С учётом большого количества поворотов, некоторые из которых слепые, было реально страшно.

– Дашь какой-то совет региональным тренерам, которые привезут свои команды в Терскол?

– Нужно быть аккуратным с этими непростыми горами. Достаточно долгий период акклиматизации, высокоинтенсивная нагрузка даётся очень-очень тяжело. В Италии, например, острого периода акклиматизации у спортсменов вообще не было, первые 5-6 дней, когда был повышен пульс, и немного менялось самочувствие. Здесь же и на 9-й, и на 10-й день были вопросы по состоянию и по утреннему пульсу. Лучше недобрать в подготовке молодых спортсменов в этих горах, чем перебрать. В нашей группе тяжело далась концовка сбора Христине Мацокиной. И в первую неделю после гор пришлось вносить корректировки в план  — она практически не делала никакой развивающей работы, только откатывалась. Пришлось её и ещё парочку спортсменов поберечь. Но у основной части группы всё было штатно.
А насчёт Христины стоял вопрос – побежит она в Тюмени или нет. Уже непосредственно на «Жемчужине Сибири» приняли окончательное решение. Частично на её состоянии на всероссийских стартах это сказалось, но мы же не к летним соревнованиям готовимся.

– Насколько ты доволен состоянием подопечных на данный момент?

– Когда большая группа, сложно быть удовлетворённым на 100 процентов. Но на 70-80 – вполне. Я говорю не о соревнованиях в Тюмени, а о состоянии после гор: как развивается пульс, насколько высока работоспособность. Считаю, что поработали мы летом плодотворно. По некоторым спортсменам есть вопросы, но они всегда есть. Не бывает, когда у тебя 10-12 спортсменов, чтобы у всех, как под копирку, было одинаковое самочувствие.

– Старты в Тюмени ты рассматривал как контрольную тренировку для своей группы?

– Да, причём такую тренировку, которая может сдвинуть рубеж соревновательной скорости, что для нас особенно важно. Никакая обычная контрольная тренировка внутри своей группы или интервальная тренировка не сдвинет скорость так, как сдвигают соревнования. Спринт, например, показал, что молодые девчонки, которые в прологе проиграли лидерам 10-15 секунд, в забегах смогли серьёзно улучшить свои результаты. Порог соревновательной скорости они сдвинули. Для молодых старты с теми, кто участвует в Кубке мира – на вес золота. Начнётся сезон, и Сергей Устюгов, Евгений Белов, Юлия Ступак будут бегать за границей, а большая часть моей группы – в России, где таких скоростей уже не будет.

– Маркус Крамер, кстати, сказал, что уровень российских соревнований тоже очень высокий. И нет гарантий, что сборники обязательно выиграют.

– Так всегда было, а раньше даже в большей степени. Сейчас проблема в том, что в регионах мало команд, которые могут организовать тренировочный процесс на уровне, близком к сборной России. Раньше такие группы были, сейчас только в Татарстане есть такая команда, где всё организовано на самом высоком уровне. В целом же в регионах с этим проблемы. Но сам по себе уровень российских стартов очень высокий, а у мужчин даже сравним с норвежцами.

– Кто-то из твоей группы уже готов побороться за место на этапах Кубка мира?

– Да, некоторые спортсмены у меня второй, а некоторые и третий год. Я и готовлю их к тому, что нужно соревноваться с теми, кто бегает на Кубке мира. Если, например, в прошлом году та же Мацокина в Тюмени на всероссийских стартах проиграла Наталье Непряевой, и ей сказали – отличный результат, молодец, то сейчас за второе место ей такого никто не скажет. Христина должна стремиться к большему, быть лучшей в России в спринте, её профильной дисциплине. У меня четыре-пять спортсменов вместе с Ильёй Порошкиным, которые готовятся к выступлениям в Кубке мира. Им и задачи ставятся соответствующие. Для тех, кто первый год по молодёжи, задача – попадать в России на пьедестал по взрослым, набираться уверенности.

– Ты сказал, что советовался с Маркусом даже о местах проведения сборов. Но ты уже не первый год работает самостоятельно. Насколько часто вы общаетесь?

– Он всегда открыт для общения, и не было ещё ни одного случая, когда Маркус не ответил бы мне на вопрос. Я уже набрался определённого опыта, нам нет необходимости постоянно общаться именно по тренировочному процессу. Но я ему рассказываю свои наблюдения по некоторым моментам, как и другим тренерам, кстати. Идёт обычный рабочий диалог. А вот по организационным вопросам мы общаемся более часто. Ведь у нас все сборы получились вместе с группой Маркуса, начиная с июня. Мои спортсмены могли наблюдать за лидерами, за их работой. И могли видеть, что у них такие же руки и ноги, что они, как и остальные, делают имитацию и работу на роллерах, и при этом бегут на высочайшем уровне.

– Есть ясность по тому, где пройдут отборочные старты на Кубок мира?

– К сожалению, как я уже сказал, большая проблема в планировании. Если откроют Финляндию, отборочные старты будут там, если нет – отбираться будем в России. Варианты – Кировск, Тюмень, Вершина Тёи и Ханты-Мансийск.

Источник